Военные хунты Сахеля подавляют основные свободы

После переворотов 2020–2023 годов в Мали, Нигере и Буркина-Фасо военные лидеры ввели широкие законы об уголовной клевете и борьбе с терроризмом, которые позволяют произвольно задерживать журналистов, блогеров и активистов. Они также распорядились закрыть независимые радиостанции и онлайн-платформы.

«Стало более репрессивно. Высказываться уже не так легко», — сказал Ульф Лессинг, бывший директор программы Фонда Конрада Аденауэра в Сахеле в Мали. Люди стали более осторожными. «Это явно пункт критики в адрес правительства», — заявил он DW.

В Мали генерал Ассими Гойта захватил власть в результате двух военных переворотов в 2020 и 2021 годах и постепенно установил военное правление. В 2025 году Национальный переходный совет принял законопроект, закрепляющий власть Гойты еще на пять лет.

По словам Лессинга, нестабильная ситуация с безопасностью поначалу несколько улучшилась в некоторых частях Мали, и фермеры даже смогли вернуться на свои поля. Сегодня это уже не так. Мали по-прежнему сталкивается с угрозой терроризма, а джихадистские повстанцы контролируют часть страны. «Я не думаю, что какому-либо правительству удастся вернуть эти территории. Даже если будет больше переворотов или, наконец, избранное правительство», — он видит мало шансов на установление мира в стране. По словам Лессинга, жители Бамако не хотят ни шариата, ни исламистов. Было бы много причин для протестов против правительства, несмотря на опасности и репрессии. Но люди понимают, что если это правительство уйдет, следующее будет более исламистским. «Это не то, чего хотят люди», — сказал Лессинг.

В двух других странах Альянса Сахеля (AES), основанного в 2023 году — Буркина-Фасо и Нигере — военные правители также правят железной рукой. Свобода выражения мнений и демократические устремления жестко ограничиваются. «В случае Буркина-Фасо я бы сказала, что общественное пространство вообще больше не существует», — заявила DW правозащитница из Буркина-Фасо Бинта Сидибе-Гаскон. «Все вынуждены молчать и заниматься самоцензурой. Любой, кто осмелится высказаться о ситуации в стране, отправляется на передовую».

Президент Буркина-Фасо Ибрагим Траоре захватил власть в результате переворота в сентябре 2022 года и пообещал народу восстановить безопасность в стране. Мало что свидетельствует об этом. «Все права буркинийцев были захвачены и теперь находятся в руках одного человека, который принимает все решения. Гражданские права, права человека, права собственности — даже право на жизнь. Смертная казнь была восстановлена. Это шаг назад для Буркина-Фасо», — сказала Сидибе-Гаскон.

Взгляды лидера хунты Траоре на эти основополагающие демократические права стали ясны к началу апреля. «Люди должны забыть о демократии», — заявил Траоре по национальному телевидению. «Если африканец попытается заговорить с вами о демократии, вы должны бежать. Демократия убивает».

Свобода прессы в Буркина-Фасо также серьезно ограничена. По данным «Репортеров без границ», случаи запугивания работников СМИ участились в последние годы, а десяток журналистов были вынуждены уйти в изгнание. «Правящая хунта также заставила замолчать иностранные, в основном французские, СМИ», — пишет организация. В 2024 году по меньшей мере десять из них, включая Jeune Afrique, Deutsche Welle и The Guardian, были приостановлены на определенный срок или до дальнейшего уведомления.

Одним из примеров того, насколько жестко военный режим подавляет инакомыслие, является арест 26 мая имама Мохамеда Ишака Киндо, видного суннитского религиозного лидера. Сообщается, что имам критиковал закон, направленный на регулирование религиозной практики, включая публичную молитву. Арест вызвал редкие беспорядки в столице Уагадугу. Сотни сторонников требовали освобождения Киндо, столкнулись с полицией, десятки были арестованы.

Для находящегося в изгнании журналиста из Буркина-Фасо Ньютона Ахмеда Барри эти события являются частью стратегии страха. «Это логика этой хунты и ее лидера: чем больше люди боятся, тем больше они откупаются от неприятностей. Они вселяют страх и ужас во всех, чтобы держать их под контролем и таким образом править в мире», — сказал Барри.

Еще одним признаком репрессий является трехмесячное приостановление деятельности Всеобщего союза студентов Буркина-Фасо (UGEB). Его президент и несколько членов были арестованы. Союз критиковал ситуацию с безопасностью. Теперь организацию обвиняют в «прославлении терроризма» и «деморализации сил безопасности».

Правозащитница Бинта Сидибе-Гаскон обвиняет военное правительство Буркина-Фасо в авторитаризме. Иддер Альгабид, заместитель генерального секретаря Альянса демократов Сахеля (ADS), считает эти обвинения частью региональной тенденции. «Абсурдно обвинять студентов, безоружных гражданских лиц, в прославлении терроризма. Но это хорошо известная модель в Сахеле», — заявил он DW.

По его мнению, «пропаганда» хунт поначалу сработала, потому что они представили концепции, к которым стремились африканцы: суверенитет и так называемую борьбу с империализмом. «Но сегодня все эти обещания народу Сахеля — будь то из Буркина-Фасо, Нигера или Мали — оказались ложными». Люди в Сахеле осознают это и покидают «корабль путчистов». Несмотря на риски — аресты, похищения, насилие — продолжается громкая критика, хотя в основном из-за границы, подчеркнул Альгабид. «Мы осознаем, насколько огромна борьба, которая нас ждет, потому что мы сталкиваемся с тремя военными режимами».

Активисты считают, что ответственность лежит не только на гражданском обществе и диаспоре, но и на международном сообществе. «Партнеры Буркина-Фасо больше не могут прятаться за представлением о том, что любое осуждение хунты контрпродуктивно», — говорит Илария Аллегроцци, исследователь Сахеля из правозащитной организации Human Rights Watch. «Молчание и двусмысленность в конечном итоге всегда узаконивают авторитарные эксцессы».