Эстонские мужчины живут меньше женщин уже 150 лет, показало исследование
Исследователь Марк Гортфельдер проследил разрыв в продолжительности жизни мужчин и женщин в Эстонии за последние 150 лет, назвав как биологические, так и социальные причины. Сегодня разрыв составляет около 10% — почти втрое больше, чем в Швеции.
Исследователь Таллиннского университета и Эстонского демографического центра Марк Гортфельдер изучил, почему мужчины в Эстонии на протяжении примерно 150 лет живут меньше женщин, используя общенациональные данные по полу и возрасту с конца XIX века до наших дней.
Земля, бедность и туберкулёз
В середине и конце XIX века разрыв составлял около 10%, а в межвоенный период увеличился ещё больше. По предположению Гортфельдера, одной из причин могло быть чрезмерное употребление алкоголя, хотя данных той эпохи об этом нет. Более документированным фактором была нехватка земли: мужчины традиционно отвечали за обеспечение семьи, и безземелье порождало фрустрацию, которая могла способствовать алкоголизму. Земельная реформа между войнами лишь частично смягчила эти проблемы. Тяжёлые условия жизни также способствовали распространению туберкулёза, который в аграрной Эстонии, в отличие от промышленных западных стран, сильнее поражал мужчин.
Советский период и независимость
К 1948 году разрыв достиг почти 20%, что отчасти связано с тем, что мужчины призывного возраста скрывались от советских властей, становясь «лесными братьями» — тяжёлые условия их жизни, вероятно, не полностью отражены в официальных данных. После смерти Сталина СССР в основном справился с инфекционными заболеваниями, но восточный блок не смог угнаться за Западом в борьбе с сердечно-сосудистыми заболеваниями с середины 1960-х годов, что снова увеличило разрыв. Крах социализма и упадок промышленности в 1990-х особенно тяжело ударили по мужчинам-кормильцам, подняв разрыв до рекордных 17% в 1995 году.
С тех пор Эстония добилась заметного прогресса, опережая Латвию и Литву и значительно превосходя Россию, Беларусь и Украину. Тем не менее сегодняшний разрыв в 10% остаётся почти втрое больше, чем в Швеции. Гортфельдер объясняет это «зависимостью от прошлого пути» — культурные и поведенческие нормы медленно передаются между поколениями, а система здравоохранения сама по себе не способна устранить разрыв. Результаты исследования опубликованы в журнале Historical Life Course Studies.
